Невыносимая усталость от шестилетней пустой болтовни М. Горбачева, его невразумительных и для собственного окружения, и для общества шараханий из одной крайности в другую, неспособности сформулировать внятную политическую линию, раздражала его мелкая провинциальная изворотливость, ловкачество, интриганство с единственной целью сохранить власть в своих руках - все это привело к тому, что ресурс доверия к нему со стороны общества был исчерпан окончательно. За годы своего пребывания на высших постах государства он полностью растратил полученный в наследство от прежних времен политический капитал, выпустил из рук все основные рычаги управления страной, и прежде всего средства массовой информации, и теперь беспомощно барахтался в потоке событий, увлекавшем его в гибельный водоворот. Экономика страны шла резко под откос, объемы производства сократились на 20% по сравнению с доперестроечным 1985 годом, цены неуклонно ползли вверх, появилась безработица. Социальное напряжение росло, забастовки, особенно среди шахтеров, стали будничным явлением. Никакого вразумительного плана действий М. Горбачев предложить не мог, а дееспособной партийно-государственной команды у него уже давно не было. Сознавая ограниченность своих лидерских способностей, он с первых дней пребывания на макушке власти сделал ставку на формирование Политбюро из непримиримых по своим взглядам людей. Так, Е. Лигачев оказался полной противоположностью Б. Ельцину, А. Яковлев - антитезой В. Крючкову, Э. Шеварднадзе вел свою игру. До самого конца своей политической карьеры М. Горбачев не смог собрать вокруг себя коллектив единомышленников, что всегда было показателем истинно большого масштаба руководителя. Люди, поработав рядом с ним, рано или поздно уходили. Кто молча, кто с чувством нескрываемой горечи, кто с открытой неприязнью. М. Горбачев не был ни интеллектуальным магнитом, ни политическим вождем, не обладал и личной харизмой, т. е. особой индивидуальной привлекательностью.